Может ли препарат от диабета замедлить старение

Принцип действия препарата строится на своеобразном обмане клетки: метформин создает для нее иллюзию нехватки энергии — состояние, схожее с тем, что возникает при голодании или ограничении калорий. Это запускает активацию AMPK — ключевого сенсора клеточной энергии. В результате в клетке активизируются процессы очистки от поврежденных компонентов, известные как аутофагия, а также механизмы поддержки репарации. Таким образом, действие метформина выходит за рамки простой коррекции уровня глюкозы и затрагивает базовые механизмы, лежащие в основе множества возрастных изменений.

Эффективность метформина в контексте старения изучалась на разных модельных организмах, и результаты оказались многообещающими. На микроскопических червях C. elegans препарат увеличивал продолжительность жизни на 36–40 % за счет состояния, схожего с ограничением калорий. В экспериментах на мышах средняя продолжительность жизни возрастала на 5,8–20,1 %, при этом также наблюдалось замедление появления некоторых опухолей. У обезьян после 40 месяцев приема препарата ткани становились биологически моложе, а мозг демонстрировал признаки омоложения примерно на 6 лет, что по человеческим меркам сопоставимо с 18 годами. Наблюдательные исследования у людей показывают, что у пациентов, принимавших метформин, биологический возраст мог быть ниже на величину до 3,43 лет, а люди с диабетом, получавшие препарат, жили до 15 % дольше по сравнению со сверстниками без диабета.

Помимо влияния на углеводный обмен, метформин затрагивает сразу несколько ключевых процессов, тесно связанных со старением. Он стимулирует аутофагию и поддерживает стабильность генома, помогая клетке избавляться от накопившегося мусора и сохранять целостность ДНК. Важную роль играет и воздействие на эпигенетические механизмы: метформин стабилизирует фермент TET2, участвующий в регуляции метилирования ДНК.

Поскольку с возрастом паттерны метилирования меняются и это напрямую влияет на работу генов, способность препарата сохранять более молодой профиль регуляции генов выглядит особенно перспективной. Кроме того, метформин оказывает влияние на микробиом кишечника — способствует росту полезных бактерий, защищающих слизистую оболочку, и повышает выработку короткоцепочечных жирных кислот. Такой эффект может способствовать снижению системного возрастного воспаления, которое считается одним из главных драйверов старения.

Идея воздействия не на отдельные возрастные болезни, а на общие механизмы старения легла в основу научной области — геронауки. Метформин в этом контексте особенно интересен тем, что одновременно влияет на множество фундаментальных процессов, связанных со старением, и потенциально способен отсрочить развитие сразу нескольких хронических заболеваний. Тем не менее имеющиеся доказательства пока нельзя считать однозначными.

Результаты исследований на клетках, животных и людях нередко противоречат друг другу. Большая часть данных по людям получена в рамках наблюдательных исследований, где сложно отделить эффект самого препарата от влияния диабета и его комплексного лечения. Более того, одно из известных исследований, связывавших прием метформина с преимуществом в выживаемости, позднее подверглось критике из‑за невозможности воспроизвести его результаты.

Сегодня главный пробел в науке о долголетии — отсутствие крупных строгих исследований метформина на здоровых взрослых людях без диабета. Эту задачу призван решить проект TAME (Targeting Aging with Metformin), цель которого — проверить, способен ли препарат отсрочить начало нескольких возрастных хронических заболеваний у людей. Если результаты этого исследования окажутся убедительными, они могут стать важным шагом к признанию подходов, направленных на замедление самого процесса старения.