Улыбка полезна для здоровья

Исследования подтверждают, что улыбка работает. Часть более ранних работ была посвящена так называемой гипотезе лицевой обратной связи, рассказывает Жанна Цай, многолетний профессор психологии Стэнфордского университета, руководившая лабораторией культуры и эмоций. В классическом эксперименте конца 1980-х участников просили зажать карандаш губами, приняв выражение улыбки или нахмуриться, и смотреть позитивный видеоролик — например, мультфильм. Те, кто улыбался, сильнее ощущали улыбку и чаще находили ролик забавным. «Когда мы повторяли эту демонстрацию в классе, это срабатывало, — говорит Цай. — Когда вы делаете это в одиночестве, вне социального взаимодействия, возможно, эффект возникает за счет воспоминаний: улыбка напоминает вам о чем-то хорошем, и это улучшает настроение».

В одной из калифорнийских школ силе улыбки отводят особую роль — там целая страница сайта посвящена философии того, что улыбка меняет атмосферу. «Улыбки создают поддерживающую культуру в классе, которая делает учеников расслабленными, активными и мотивированными, — говорится на сайте. — Она улучшает эмоциональное благополучие, снижает стресс и придает уверенность».

Доктор Джуди Хо, клинический и судебный нейропсихолог из Лос-Анджелеса, обсуждает улыбку как копинг-стратегию (совладание со стрессом) с некоторыми пациентами, страдающими от депрессии или тревожности. «Я не предлагаю, что это единственный способ все исправить, — говорит она. — Это просто еще один инструмент для терапии».

Улыбка может влиять на уровень кортизола — гормона, который частично помогает регулировать стресс и настроение, — и на химические вещества мозга, связанные с позитивными эмоциями: эндорфины, дофамин и серотонин. «Люди, которые улыбались во время стрессовых задач, обычно демонстрировали более низкую частоту пульса в период восстановления, чем те, кто сохранял нейтральное выражение, — говорит Хо. — Улыбка также ослабляла физиологическую реакцию организма на стресс». Если улыбаться достаточно часто, со временем улыбка начнет подкрепляться и эмоционально. «В каком-то смысле это опосредованный эффект», — добавляет она.

Восприятие улыбки и даже ее открытости не является универсальной вещью. Цай изучала, как американская культура ставит в ценность стремление постоянно испытывать позитив и подавлять негатив и грусть, тогда как в восточноазиатских культурах эмоции больше про баланс. «Позитивные и негативные эмоции как будто сплетены вместе, и не хочется чувствовать слишком много позитива или слишком много негатива, — объясняет она. — Нужен баланс между ними».

В ее прежних исследованиях европейских американцев и жителей Восточной Азии — тайваньцев, южных корейцев, японцев и китайцев из Гонконга — просили оценивать «нейтральную или спокойную» улыбку и широкую ухмылку по шкалам теплоты и заслуживающей доверия. Часть американцев считала гиперболизированные улыбки более дружелюбными, а некоторые азиаты описывали те же выражения как «эмоционально нестабильные» или «ненадежные». «Важно, какая это улыбка — спокойная, закрытая, вроде улыбки Далай-ламы, или крупная, с зубами, например, как у Джулии Робертс», — говорит Цай. — В сериях исследований на Тайване и в других контекстах Восточной Азии участникам не нравилась широкая «с зубами» улыбка, если она не была ситуативно уместной».

В Таиланде, «Стране улыбок», улыбка встроена в культуру: в тайском языке почти 30 слов для «улыбки», а программы преподавания английского за рубежом напоминают, что частая улыбка детям и коллегам — ключ к уважению, хорошим манерам и спокойствию. А в калифорнийских чартерных школах OCASA улыбка — часть усилий, чтобы дети чувствовали, что их замечают. «Я всегда верила, что школа должна быть для детей счастливым местом, — говорит директор OCASA Capistrano Elementary Раней Поузи. — Чтобы реально помогать им формировать привычку видеть светлую сторону вещей».