Жестокость в детстве меняет структуру мозга

Команда под руководством профессора психологии Тиффани Хо стремилась понять, можно ли говорить о своего рода нейробиологическом шраме, который остается после тяжелых переживаний в детстве. Ведь известно, что жестокое обращение в ранние годы сильно повышает риск развития расстройств, связанных со стрессом, например, депрессии или посттравматического стрессового расстройства. При этом детский мозг особенно уязвим: он активно формирует ключевые нейронные сети и отличается повышенной пластичностью, а потому внешние воздействия способны существенно менять траекторию его развития.

Для анализа исследователи из UCLA вместе с международным консорциумом ENIGMA изучили МРТ‑снимки более чем 3 700 человек — среди них были 1 389 пациентов с ПТСР и большой депрессией и 2 322 здоровых участника. Эксперты оценивали сразу несколько параметров: толщину коры головного мозга, общую площадь его поверхности и объем подкорковых структур. Чтобы отделить влияние разных видов неблагополучия, участники заполнили стандартную анкету, позволяющую ретроспективно оценить пережитые в детстве физическое, эмоциональное и сексуальное насилие, а также физическое и эмоциональное пренебрежение. На основе ответов сформировали два отдельных показателя — суммарную тяжесть насилия и суммарную тяжесть пренебрежения: это помогло увидеть, как по‑разному эти типы неблагоприятного опыта отражаются на мозге.

Выяснилось, что чем серьезнее было насилие, тем заметнее менялись отдельные области мозга. Так, у людей с высокими показателями тяжести насилия наблюдались увеличенные объемы таламуса и бледного шара, меньшие размеры перешейка поясной коры и большая площадь поверхности медиальной орбитофронтальной коры по сравнению с тем, что обычно бывает у людей их возраста. При этом изменения распределялись неравномерно: в одних зонах кора становилась тоньше, в других — наоборот, толще; одни структуры увеличивались, другие — уменьшались. Это говорит о том, что неблагоприятный опыт меняет его развитие по сложным, неоднородным сценариям.

Особенно ярко эти эффекты проявились у молодых женщин: у них структурные изменения были выражены сильнее, чем у мужчин или детей, и во многих случаях сохранялись и в более старшем возрасте. Ученые предполагают, что это может быть связано либо с более высокой долей сексуального насилия среди девочек в чувствительные периоды развития, либо с тем, что женский мозг в принципе может иначе реагировать на травму. Однако точные причины еще предстоит выяснить.

Пренебрежение, в свою очередь, давало более локальные эффекты. У молодых женщин отклонения в площади поверхности мозга затрагивали в основном поясные области, расположенные рядом с мозолистым телом, а у молодых мужчин — небольшой участок правой средней височной коры.

Работа опровергает представление о том, что детская травма действует на мозг каким‑то единым, универсальным образом. Напротив, разные типы невзгод в раннем возрасте связаны с разными наборами структурных изменений, причем эти изменения зависят ещё и от пола и возраста человека. При этом важно помнить, что выявленные различия в строении мозга ничего не говорят напрямую о конкретных когнитивных, эмоциональных или поведенческих способностях отдельного человека.Исследование стало важным шагом к пониманию того, как тяжелый детский опыт может перестраивать мозг в процессе роста.