Что определяет пользу экранного времени

Часто под экранным временем люди подразумевают лишь бесцельное пролистывание ленты соцсетей глубокой ночью, хотя формально к нему относится и работа за ноутбуком, и просмотр фильма, и общение с близкими по видеосвязи. Однако нельзя рассматривать время у экрана как нечто однородное. Гораздо важнее не цифра в статистике использования гаджета, а эффект, который дает конкретная сессия. Стоит задать себе (или ребенку) несколько вопросов: было ли это занятие приятным, не столкнулся ли человек с грубостью или тревогой, каким было самочувствие после?

В работе выделяются пять ключевых контекстов, которые помогают объективно оценить влияние экранного времени: длительность, время суток, цель использования, уровень интерактивности и структура контента.

Длительность сама по себе мало о чем говорит. Можно провести за экраном всего минуту — и она станет лучшей за месяц, если, скажем, удалось договориться о важной встрече или решить давнюю проблему. И наоборот, даже короткий эпизод способен серьезно расстроить, если человек наткнулся на травмирующий контент. Сравнивать свои показатели стоит лишь с собственными предыдущими результатами, а не с чужими: если обычно вы тратите на телефон пять часов в неделю, а на прошлой неделе — девять, имеет смысл разобраться, что изменилось.

Время суток тоже играет роль. Если использование гаджета мешает сну, отдыху или выполнению важных дел, это сигнал о проблеме. Не менее значима и цель. Например, поиск идей для отпуска может быть осмысленным и полезным занятием, а попытка заглушить неприятные мысли с помощью бесконечного скроллинга — уже нет. Здесь уместно задуматься об альтернативных издержках.  Пока человек пассивно листает ленту, он не проводит время с семьей, не занимается спортом, не готовит полезную еду и не отдыхает.

Уровень интерактивности помогает понять характер взаимодействия с цифровым пространством. Активное участие (игра с друзьями, создание и публикация собственного контента) обычно связано с большей вовлеченностью, творчеством и ощущением связи с другими людьми. Это принципиально отличается от «думскроллинга» — компульсивного, пассивного потребления новостей и постов, которое нередко подпитывается тревогой или служит способом избежать сложных задач и эмоций. Думскроллинг нередко коррелирует с ухудшением психического самочувствия.

Структура контента — еще один важный фактор. Исследователи проводят границу между длинными форматами (например, фильмом) и фрагментированным контентом вроде коротких роликов в соцсетях. Фрагментированные материалы заставляют мозг постоянно загружать новую информацию в рабочую память и тут же выбрасывать ее: человек за секунды переключается с музыкального фрагмента на сцену из фильма, потом на видео с животными, не получая целостной картины. Бесконечная лента специально спроектирована так, чтобы удерживать внимание: каждый новый пост или ролик активирует систему вознаграждения, из‑за чего человек продолжает смотреть гораздо дольше, чем планировал. Подобные приемы относятся к так называемому «темному UX» — манипулятивным решениям в дизайне цифровых сервисов, которые подталкивают пользователя к действиям, выгодным платформе, а не ему самому.

Что могут сделать сами люди, чтобы снизить риски? Прежде всего — не впадать в панику. Экранное время само по себе не является абсолютным злом. Изменить привычки в сторону более здорового использования гаджетов способны и взрослые, и дети. Для родителей существуют разные инструменты родительского контроля — выбор зависит от конкретной ситуации. Главное быть в курсе того, как ребенок использует экран, и обсуждать с ним, как это влияет на его настроение и повседневные решения.

Сам Роке разработал для своей дочери бесплатную платформу KidOS, которая создает безопасную цифровую среду. Он подчеркивает: ценность не в конкретном приложении, а в том, что подобные инструменты действительно помогают формировать позитивный и здоровый опыт взаимодействия с экранами. Важно задавать правильные вопросы и опираться на них при выборе сервисов и настроек устройств.

При этом исследователи напоминают, что восприимчивость к негативным эффектам цифрового пространства у всех разная. Для одних людей онлайн‑общение становится важным способом поддерживать социальные связи, для других — источником одиночества и тревоги. Все зависит от того, как именно используются экраны, какие цели и эмоции стоят за каждым конкретным эпизодом.